Большие бизнесы и блокчейн: Linux против Windows


imageЕще совсем недавно консорциум R3 был похож на Ника Маршала — героя Мэла Гибсона из фильма «Чего хотят женщины». Он был альфа-самцом блокчейн-мира, подарком Уолл-Стрит для сферы технологии распределенных реестров. Компания излучала уверенность, будучи способной в равной степени соблазнить как технических спецов, так и представителей финансовой отрасли. Казалось, что весь мир был одной сплошной золотой жилой, лежащей у ее ног. А после прозвучал тревожный звоночек, а вместе с ним и осознание того, что не все, оказывается, шло так гладко, как казалось.

Решения нескольких крупных банков покинуть R3 ни в коем случае не следует рассматривать, как некое страшное предзнаменование для консорциума, однако это событие все же возвращает нас к извечной загадке: что бизнесу действительно нужно от поставщиков блокчейн-решений?

Банки бегут


Консорциум, состоящий примерно из 70 крупных игроков банковского сектора — большая штука. В таких организациях находят свое воплощение огромный талант и влияние. Блокчейн может много чего предложить для финансового мира и миссия R3 заключалась в том, чтобы сдержать данные им обещания.

В конце ноября ряд крупных банков вышел из R3. В результате эксперты начали ставить под сомнение способность компании предоставить за все это время хоть сколько-нибудь ценные результаты. По слухам, на данный момент покинуть консорциум хотят в общей сложности 7 банков.
Флагманский проект R3 под названием Corda — «спроектированная с нуля платформа распределенных реестров, предназначенная для записи, управления и синхронизации финансовых соглашений между регулируемыми финансовыми учреждениями» и находящийся на стадии подтверждения концепции KYC реестр, очевидно, не соответствуют ожиданиям партнеров по организации. Кристоф Бергманн с профильного новостного портала BTCManager сделал по этому поводу такое заключение: «Как Corda, так и KYC-блокчейн могут быть актуальными решениями для задач банковской отрасли. Однако, как показал последний отток банков из организации, ни один из проектов R3, судя по всему, не произвел впечатления той большой штуки, которую все так ждали. Может быть, тройка [вышедших из состава на тот момент] банков только что осознала, что реальные инновации редко могут процветать в отгороженном от остального мира сообществе консорциума авторитетных учреждений».

И хотя мы не знаем, что происходит за закрытыми дверями, можно сказать наверняка, что если R3 не окажется в самой гуще назревающей битвы за душу блокчейн, то этот факт сам по себе уже будет показателем той ценности, которую он предлагает.

Консорциум с самого начала был магнитом для финансирования и высокопрофессиональных кадров. Ему, в частности, удалось привлечь лучших представителей команды Биткойн — Иэна Григга и бывшего биткойн-разработчика Майка Херна, ранее в этом году громогласно объявившего о своем уходе из Биткой и назвавшего его провальным, перед тем, как приступить к своей новой работе.

Теперь же, судя по всему, грядет пересмотр ценностей. Ушедшие из R3 банки уже работают над собственными блокчейн-проектами, что в очередной раз свидетельствует о том, что блокчейн нисколько не выходил из моды. То есть дело здесь в том, что R3 был не в состоянии предоставить им в точности те результаты, которых они ожидали, в плане бизнеса или технологий. Или же дело в том, что банки увидели, что они и сами в скором времени могут потерять былую значимость и теперь пытаются получить свой кусок блокчейн-пирога.

Сложность и эффективность


Биткойн, будучи первым случаем применения блокчейна на практике, существует вот уже 8 лет. В нем есть нечто совершенно новое, замечательное: форма денег, работающая за пределами существующих структур финансовой власти, то есть банков и правительств. Ну или, вернее, это нечто почти новое: у нас есть все основания говорить, что Биткойн больше похож на самые ранние формы денег, ходившие в обороте еще до появления чеканки, нежели на то, что мы сегодня считаем деньгами — связанные с банками, основанные на долге электронные наличные.

Но для нас он в любом случае кажется чем-то новым, поскольку деньги находятся под контролем банков и правительств вот уже 2500 лет.

Конечно, следует отдавать себе отчет в том, что изнутри блокчейны устроены очень сложно. Но если же говорить о том, на что Биткойн способен с точки зрения внешнего наблюдателя, то здесь он сразу же превращается в простую и открытую платформу: всякий желающий может воспользоваться его сетью для прямой передачи средств с одного адреса на другой.

Биткойн предлагает передачу наличных, так же, как если бы вы отдавали их лично из рук в руки, с той лишь разницей, что происходит это в сети. Никто другой в этом процессе не участвует. Вы никому ничего не обязаны. Вам не нужно привлекать кого-то еще. Нет потребности и во взаимном доверии. Вам нужно только скачать биткойн-клиент, или зайти на веб-кошелек вроде blockchain.info и сделать перевод.

Это быстрый, малозатратный и ничем не ограниченный способ перемещения денег. С точки зрения эффективности, существует огромная разница между ним и унаследованными банковскими системами, работающими на базе устаревшей инфраструктуры и облагающими вас ненужными затратами и усложнениями почти на каждом этапе проведения операций.

В эпоху нулевых или даже отрицательных процентных ставок, экономической стагнации и усиливающегося регулирования, эффективная экономия становится все более и более привлекательной. Банки быстро увидели преимущества технологии блокчейн и стараются как можно скорее приступить к работе с ним. И это одна из первых причин, которая привела к текущим проблемам R3.

Рост R3 с 9 начальных членов в сентябре 2015 года до более чем 70 банков в настоящий момент был беспрецедентно быстрым для банковской сферы. И речь здесь идет не о филиалах, а о целых организациях. Быстрый и динамичный успех R3, вероятно, оказался его единственной проблемой.

Банки не хотят в точности воспроизводить Биткойн. Они хотят собственную версию Биткойн.

Биткойн работает по принципу «каждый сам отвечает за то, как он обращается со своими деньгами» и это пугает многие агентства. То есть в этом процессе нет никого, кто стоял бы во главе, и вам больше не нужно полагаться на посредников, доверенных лиц, банки или третьих лиц, чтобы совершать переводы личных средств.

Неудивительно, что банкам не нравится эта идея. Они хотят сохранить наиболее продуктивные черты блокчейн, в то же время вводя новые характеристики, обходящие невыгодные для них элементы новой технологии.

Биткойн — открытый или, иначе говоря, неконтролируемый блокчейн. Поэтому разработка управляющих слоев поверх открытой системы, позволяющих банкам вмешиваться в ее работу — ключевая идея для заинтересованных представителей банковского сектора.

Такие закрытые блокчейны могут быть похожими на своих неконтролируемых предшественников, однако на деле они отличаются как в плане ценностей, так и в плане технологий.

Добавляя привратника (банк), вы, без всякой надобности, добавляете и врата. Прежде всего введение элементов контроля над «чейнами» неизбежно приводит и к повышению рисков безопасности.

Даже не рассматривая технологическую сторону вопроса, можно сказать, что одновременное участие 70 крупных игроков банковского сектора больше похоже на огромную свору вожаков стаи, набросившихся на одну кость.

Ирония заключается в том, что попытки одомашнить технологию блокчейн ради получения ее эффективности, похоже, заканчиваются введением ненужных усложнений и неэффективных элементов, как на технологическом, так и на организационном уровне.

В интервью The Register, Гэррик Хайлмен из Центра альтернативных финансов при Кембриджском университете предположил, что «несмотря на то, что собрание множества крупных банков под эгидой R3 выглядело впечатляюще, столь большое количество членов неизбежно ведет к организационным трудностям. Не остался незамеченным и тот факт, что в разработке тестовых концепции R3 принимал участие очень ограниченный круг компаний».

Поэтому некоторые из более ранних членов решили покинуть корабль в условиях раздувающегося как шар консорциума. Особенно интересен уход Goldman Sachs — одного из крупнейших и наиболее успешных международных инвестиционных банков. «Идея о том, что столь яро соперничающие компании, каждая из которых стремится продвигать собственные интересы, будут сообща и в гармонии работать над технологией, повышающей демократичность и прозрачность, вполне очевидно, выглядит противоречиво».

Linux против Windows


В каком-то смысле такое развитие событий — отражение проблем, с которыми в последние два года сталкивались все сервисы, работающие на основе Биткойн.

Какова модель получения дохода компаний, предлагающих услуги биткойн-кошелька? В условиях, когда, благодаря особенностям Биткойн, отправка электронных денег как таковая становится быстрой и малозатратной, добавление комиссий не даст никаких полезных результатов. Понимание этого факта позволило Биткойн-компаниям быстро эволюционировать. Новая технология требует нового подхода к получению дохода.

Как в этом смысле идут дела в «мейнстриме» блокчейн-сектора? В определенном смысле изменилось немногое. Все покинувшие R3 организации занялись собственными исследованиями блокчейн (наподобие того, что делают банки), с той лишь разницей, что теперь они будут делать это самостоятельно. И даже несмотря на то, что R3 придется немного уменьшить размеры своего финансирования, у консорциума, за плечами которого стоит вся мощь десятков финансовых гигантов, все будет в порядке ведь в этой организации, похоже, собрались некоторые из самых светлых умов мира блокчейн.

Однако для бизнеса это будет хорошим уроком, а для открытых блокчейн платформ старой школы — возможностью.

По ряду причин (в частности, медленная скорость разработки и репутация) Биткойн, вероятно, не впишется в формат грядущей волны дальнейшего распространения блокчейн. Но кроме него, существует и множество других блокчейн-платформ и организаций, быстро продвигающихся в деле разработки открытых протоколов и предлагающих необходимую большинству бизнесов функциональность.

Лучшие из этих платформ понимают не только потребности бизнеса, но и природу технологий, с которыми работают, и в особенности тот факт, что введение ненужных усложнений — идея плохая как в техническом, так и организационном смысле.

Многие компании располагают существенными финансовыми ресурсами. R3 планирует получить от своих членов 150 миллионов долларов. Блокчейн платформы, такие как Ethereum (умные контракты) и Waves (блокчейн-платформа для создания собственных токенов) привлекли с помощью краудфандинга более 15 миллионов долларов, что нельзя считать таким уж чумовым подвигом на фоне достижений некоторых других стартапов, которым удается получить семизначные суммы.

Это небольшие, начинающие организации, которым не нужно нести ответственность перед корпоративными акционерами и которые умеют работать в условиях ограниченного бюджета. (Среднемесячные расходы Waves, например, составляют менее 100 тысяч долларов в месяц).

Такие платформы предлагают эффективность на всех уровнях деятельности: на уровне того, что они предлагают своим пользователям, в плане подхода к разработке и в плане организации рабочего процесса. В этом отношении они олицетворяют базовые ценности блокчейн. Такое отношение, однако, далеко не всегда хорошо сочетается с общепринятым подходом к ведению бизнеса.

Чтобы понять вызовы, с которыми сталкиваются традиционные финансовые бизнесы, может быть полезна аналогия с Linux. Это открытая операционная система, разработанная бесплатно пользователями и энтузиастами со всего мира. Следует, однако, подчеркнуть, что Linux — это не хобби-проект. В сегменте личного домашнего использования его доля не превышает двух процентов, но когда речь заходит о коммерческих приложениях, то здесь он используется как основа для огромного количества коммерческих приложений, в том числе и в программном обеспечении для POS-терминалов и операционной системы Android.

В случае с серверами и встроенными системами, такими, как маршрутизаторы, смартфоны, видеорегистраторы и аналогичные устройства, а также промышленными комплексами эта операционная система правит балл. Linux добавляет невероятную ценность миру бизнеса, не продаваясь при этом так, как продается или лицензируется Windows.

Linux во многом похож на открытый блокчейн-проект. Бизнесы могут взять его и разработать на его основе собственные приложения. Такова природа ПО с открытым исходным кодом. А вот получение с него прямой прибыли — дело другое. Не то чтобы это было невозможно, но это уж точно задача не из простых.

На самом деле одна из самых сильных сторон Linux заключается как раз в его открытой природе, позволяющей создавать малозатратную и безопасную платформу, доступную для всех желающих. Хорошо известно, что Linux был изначально спроектирован как более безопасная система, в том числе и на уровне пользовательской культуры. Каждый желающий может увидеть его кодовую базу, в результате чего ее недостатки обнаруживаются и исправляются благодаря усилиям тысяч пользователей и разработчиков по всему миру в противовес небольшой группе разработчиков, работающих над закрытой кодовой базой по собственному расписанию — подход Windows, иначе кратко сформулированный как «Безопасность через неясность». Так вот блокчейн выбирает открытый подход. Открытые платформы, в том числе и Биткойн, подвергаются суровым тестам со стороны пользователей, прежде чем будет выпущен новый релиз. Иногда выставление на всеобщее обозрение лучше всего помогает устранить наболевшие проблемы.

Крупнейшие финансовые корпорации, конечно же, продолжат развивать собственные блокчейн-решения и их подходы будут постепенно выходить на новые уровни. Но параллельно с этим новые возможности будут возникать и у открытых блокчейн-платформ, доступных всем желающим для практического применения и аудита. И прежде всего такими пользователям станут бизнесы, то есть рядовые представители реального сектора экономики, а не все те же финансовые гиганты, ранее всегда устанавливавшие правила игры.

Финансовые гиганты только начали осваивать блокчейн и осознавать ту пользу, которую он может принести (и которую они смогут положить себе в карман, если им удастся его контролировать). Что же в итоге предпочтут большие «шишки» — Windows или Linux?

image

© Geektimes