Красный Хогвартс: Академик без диплома

11 сентября 1903 г. в семье осевшего в Москве крестьянина-старовера Павла Алимарина родился сын, которого назвали Ваней.

Ване Алимарину не везло с образованием. Нет, начальное образование он получил — в Рогожском училище.

image


Ваня Алимарин (в центре) — ученик Рогожского училища.

Нет, не в том Рогожском училище, которое сейчас Московское старообрядческое духовное училище, а том Рогожском училище, которое сейчас Детская музыкальная школа имени Н.А. Алексеева. Да, того самого Николая Александровича Алексеева, который знаменитый московский городской голова, основатель и первый директор училища. Который потом передал директорство своему двоюродному брату, известному предпринимателю и промышленнику Константину Сергеевичу Алексееву, более известному под сценическим псевдонимом «Станиславский». Да, тот самый, который «Не верю!».

Но я отвлекся. Вернемся к Ване, который закончил Рогожское училище.

image

После того, как Ваня в 1915 г. закончил Рогожское училище, папа-крестьянин, который по документам был бухгалтером, а на деле активно занимался коммерцией, определил наследника в Московское коммерческое училище на товароведческое отделение.

Но тут случилась революция, коммерция накрылась, да и учеба Вани, собственно, тоже. Здание Коммерческого училища заняли первый советский рабфак имени Г. Плеханова и Индустриально-педагогический (оцените стиль!) институт имени К. Либкнехта.

В общем, все более-менее устаканилось только к 20-м годам, когда бывшее училище было реорганизовано во 2-ой Московский промышленно-экономический техникум им. Г.В. Плеханова, где Ваня и продолжил обучение.

image

И здесь Ване повезло. В те голодные двадцатые годы все учёные зарабатывали — не деньги даже, а паёк — везде, где только можно, поэтому преподавали обычно в добром десятке вузов и не вузов. Вот и в ванин техникум на должность учителя химии пришел остзейский немец Константин Иосифович Висконт.

Он быстро обратил внимание на головастого паренька, и недоучившийся товаровед Ваня Алимарин всерьез увлекается химией. До конца своих дней он вспоминал о своем первом учителе с неизменной теплотой:

»Мне посчастливилось, что преподавателем химии был профессор Константин Иосифович Висконт, выпускник Московского университета. Он был геолог и петрограф и очень увлекался физической химией. В то время геологи больше занимались чисто геологическими вопросами. Висконт же стремился использовать химию и физическую химию в этой науке. Для того времени это было новшеством. Константин Иосифович и привлек меня в лабораторию. Я стал его помощником, по-теперешнему говоря, ассистентом. С тех пор всю свою жизнь я учусь и учу. Считаю: так и должна протекать жизнь ученого».

image
К.И. Висконт

После того, как Алимарин в 1923 году окончил техникум (проучившись в нем в общей сложности 8 лет), Висконт устроил его на работу во Всесоюзный институт минерального сырья (ВИМС).

Тот самый, где сам Висконт заведовал петрохимической лабораторией, и который был создан на базе единственного в Российской империи частного НИИ «Литогея». Да, да, того самого, который папа, купец-миллионщик Василий Аршинов, подарил другому ученику Висконта — Владимиру Аршинову на окончание университета. Я, впрочем, об этом уже писал, не буду отвлекаться.

Алимарин усердно трудился в ВИМСе младшим научным сотрудником и на отсутствие высшего образования у него никто внимания не обращал.

image

В те послереволюционные годы с этим было проще, тогда недоучившиеся студенты и научными экспедициями командовали, и в лучших вузах страны преподавали — тот же Николай Сергеевич Шатский, о котором я как-нибудь расскажу.

Так или иначе, но через три года работы мэнээсом в ВИМС Иван Алимарин решил все-таки получить высшее образование. Где — вопросов не возникало. Директор ВИМС Николай Федоровский был одним из основателей Московской горной академии, которую я называю «Красным Хогвартсом». Там же, в МГА, преподавали и Висконт, и Аршинов, и едва ли не половина сотрудников ВИМС.

С 1926 года Иван Алимарин учился в Московской горной академии на геолого-разведочном факультете по специальности «минералогия». Проучился он там, не прекращая работать в ВИМС, два года — до 1928 года.

А потом ему опять не повезло.

Органами ГПУ на Донбассе была разоблачена »вредительская организация работников горно-угольной промышленности, связанная с зарубежными антисоветскими центрами». Это было знаменитое «Шахтинское дело», ознаменовавшее собой поворот от вольностей НЭПа к «закручиванию гаек». Дело, по которому сотни человек были арестованы, 53 пошли под суд, 11 были приговорены к расстрелу и пятеро расстреляно.

image
Подсудимых по Шахтинскому делу конвоируют сотрудники ОГПУ (1928)

Общественный резонанс был огромным и одним из последствий «Шахтинского дела» стала мощнейшая кампания «пролетаризации» технических вузов. Сам первый поэт Республики, великий Владимир Маяковский призывал на страницах журнала «Красное студенчество»:

Не дадим
буржуазным сынкам
по Донбассам
контру вить!

Чрез вуз
от сохи,
от станка

мозговитым
спецом
выдь!

Надо сказать, в Московской горной академии, несмотря на ее предельную революционность, к происхождению студентов всегда относились снисходительно. Так, еще 27 мая 1920 г. Президиум МГА ходатайствовал об освобождении студента Оболенского, попавшего в Московский концентрационный лагерь в качестве заложника.

Да и позже, в октябре 1926 г. удалось отменить исключение студента Крюкова А.А. »за сокрытие социального происхождения». Правление Академии учло, что »преступление совершено в 18-летнем возрасте и не в корыстных целях». Учли при решении и то, что разрешение на продолжение образования было дано рабочей организацией рудника и то, что »за время учебы Крюков себя не скомпрометировал».

Но все это было до «Шахтинского дела». Теперь же ничего не мог сделать даже всесильный ректор И.М. Губкин, который, выступая на торжественном собрании, посвященном 10-летию МГА, заявил:»… основная наша задача была обеспечить Академию подходящим студенческим составом, выдержать в этом отношении строго классовую линию. Здесь цель наша может быть кратко сформулирована таким образом — обеспечить полную пролетаризацию нашего вуза».

image

И полетели головы.

Отчислен студент Е.Н. Лессинг, как сын »спеца», расстрелянного Советской властью.

Отчислен студент Д.Н. Габриелян, как сын купца,»бывшего белого», скрывший это обстоятельство при поступлении в МГА.

Отчислен студент Дельвиг, сын »бывшего барона», как »скрывший свое социальное происхождение»

Отчислен студент В.Н. Оболенский, как сын расстрелянного »за контрреволюцию». Впрочем, здесь и фамилии достаточно.

Отчислен студент М. Кальменев за то, что он не порвал связи с отцом,»подвергнутым за контрреволюцию изоляции с конфискацией имущества»…

image

»За непролетарское происхождение» в 1928 году из Московской горной академии был отчислен и студент Иван Павлович Алимаев. Аукнулась папина деловая жилка.

На его счастье, «чистка» прошла только в вузах, и не коснулась НИИ, поэтому из ВИМСа его не уволили. Он не унывал — всю свою жизнь Иван Алимарин оставался оптимистом, добрым и улыбчивым человеком.

image

В том же 1928 году, как будто в ознаменование финала неудачной попытки получить высшее образование, у молодого учёного вышла вторая научная работа — совместная с К.И. Висконтом статья о разработанном ими методе определения воды в слюдах — минералах, широко используемых в электротехнической промышленности.

Высшего образования Алимарину так и не довелось получить.

Вопрос отсутствия диплома решился просто — в 1935 году, когда в Советском Союзе были введены ученые степени, Ивану Павловичу Алимарину сразу же присуждают степень кандидата химических наук без защиты диссертации: к тому времени уже невозможно было игнорировать его вклад в аналитическую химию.

В 1950-м он защитил докторскую, в 1953-м стал член-корром, с 1966 года — действительным академиком АН СССР, много лет был признанным главой аналитической химии в Советском Союзе.

image

И это был один из трех известных мне советских академиков, не имевших диплома о высшем образовании — наряду с Яковом Зельдовичем и Израилем Гельфандом.

У Алимарина было множество наград — ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда, он награжден четырьмя орденами Ленина, орденами Октябрьской Революции, Красной Звезды, Трудового Красного Знамени и шестью медалями. В 1972 г. академику присуждена Государственная премия СССР.

Не меньшим было и международное признание: почётный член-корреспондент Академии наук Финляндии, член Королевского химического общества (Великобритания), Почётный доктор Будапештского технического университета, Гетеборгского университета, Бирмингемского университета (Великобритания). Награждён медалями и премиями научных организаций и обществ Финляндии, Венгрии, Австрии, Чехословакии, Японии, международных организаций…

image

А вот скромному Константину Висконту не досталось и тени признания его знаменитых учеников — ни орденов, ни медалей. Единственной его наградой стало присвоенное в 1941 году звание «Заслуженный деятель науки и техники РСФСР».

Зато он был настоящий Учитель — умеющий находить и гранить алмазы.

А это иногда важнее.

(большинство фотографий взято с сайта «Российский химико-аналитический портал»)

© Habrahabr.ru